герметическая магии бруно оживление статуи

В работе над этой книгой я опиралась на издание Герметического свода (с французским переводом), осуществленное Ноком и Фестюжьером, а также на книгу А.-Ж. Фестюжьера "La R™v™lation d'Herm

Никто до сих пор не связывал Бруно с герметической традицией, да и мне, при всем интересе к этому кругу исследований, такая возможность открылась далеко не сразу. Я давно понимала, что работы Бруно, особенно о памяти, насыщены магией (этот факт не укрылся и от внимания Линна Торндайка в его "History of Magic and Experimental Science" ["История магии и экспериментальной науки"]), но сознание того, что эта магия, вместе со всей философией Бруно, принадлежит к сфере герметизма, пришло не сразу. Лишь несколько лет назад мне вдруг стало совершенно ясно, что именно ренессансный герметизм является решающим звеном для интерпретации текстов Бруно тем звеном, которое я так долго искала. Ключ был наконец найден; моим прежним изысканиям нашлось применение; и тогда очень быстро возникла эта книга.

За последние двадцать пять лет исследователи неоднократно обращались к влиянию герметизма на итальянское Возрождение. П.О.Кристеллер собрал обширный библиографический материал, выявляющий важное значение и широкую распространенность фичиновского перевода Герметического свода. Э.Гарэн, прежде всего в своей книге "Medioevo e Rinascimento" ["Средние века и Возрождение"], а также в статьях, недавно собранных в книге "La cultura filosofica del Rinascimento italiano" ["Философская культура итальянского Возрождения"], проницательно вскрыл герметические течения в ренессансной мысли. Он также привлек группу исследователей к детальному изучению влияния герметизма на отдельных авторов; результаты этой работы были опубликованы под названием "Testi umanistici su l'ermetismo" ["Гуманистические свидетельства о герметизме"]. Значение ренессансного герметизма признают и некоторые французские ученые. В Англии вышла ценная статья Д.П.Уокера о prisca theologia ["древнем богословии"] и его же книга "Spiritual and Demonic Magic from Ficino to Campanella" ["Духовная и демоническая магия от Фичино до Кампанеллы"], где анализируется отношение Фичино к герметическому трактату "Асклепий". В этой книге впервые рассмотрены различные варианты ренессансного отношения к магии и поднят вопрос о ее значении для религиозной проблематики.

Много лет назад я собиралась перевести на английский "Великопостную вечерю" Бруно и в предисловии рассказать о той смелости, с какой этот ренессансный философ-первопроходец принял теорию Коперника. Но, идя с Бруно по Стрэнду к тому дому в Уайтхолле, где он будет излагать теорию Коперника перед аристократами и учеными, я начала испытывать сомнения. Может быть, путешествие Бруно по Лондону было вымыслом, а на самом деле ужин состоялся во французском посольстве? А может быть, и предметом диспута была не теория Коперника, а что-то иное? С тех пор проблема Бруно меня не оставляла и стала центром всех моих занятий; накапливались записи и рукописи, но окончательное понимание не приходило не хватало чего-то самого важного.

Джордано Бруно и герметическая Традиция

Идеи либо парят, либо умирают

Фрэнсис Йейтс. Джордано Бруно и герметическая традиция | ПЛАТОНОПОЛИС